РАСПРАВЛЕННЫЕ КРЫЛЬЯ
Жизнь в небе и на земле ч.19
Автор Цапов И.И.   

Новый вид войск

2_cm.jpgВойска ПВО сыграли неоценимую роль в период Великой Отечественной войны. Подтверждение этому успешная защита Москвы, Ленинграда, других городов и ВМБ флота от налетов вражеской авиации. Массированные и «звездные» налеты авиации противника не давали желаемого результата. Планируемая цель: стереть с лица земли наши города и уничтожить флот не была достигнута. На завершающем этапе войны взаимодействие войсковой ПВО с авиацией ВВС и ВМФ создали возможность успешного проведения наземных операций наших войск в Прибалтике и на Дальнем Востоке во время войны с Японией.

Однако к середине пятидесятых годов по своей штатной структуре ПВО уже отставала от современных требований. В этот период идет откровенная подготовка основных капиталистических государств к третьей мировой войне против СССР и других государств народной демок- ратии. С этой целью в этих странах разрабатывались и внедрялись новые системы вооружения и боевой техники. В 1953 году в США был принят трехлетний план строительства воо руженных сил, в котором ключевое место занимало усиление стратегической авиации. На вооружение военной авиации США и Великобритании стали поступать реактивные бомбардировщики, значительно превосходившие поршневые по скорости, высоте и дальности действия. На вооружение были приняты крылатые ракеты класса «воздух-земля» и баллистические ракеты большой дальности. В строй вводились новые ударные авианосцы. Во главе с США, в мае 1955 года, был создан военно-политический блок НАТО, объединивший деятельность вооруженных сил 15 стран.

Разработанные американским командованием планы развязывания войны предполагали нанесение внезапных массированных ударов средствами воздушного нападения с применением ядерного оружия. Сократились сроки подлета к цели, поднялись высоты. В 1954 году американские и британские самолеты-бомбардировщики безнаказанно проводили довольно активные полеты над нашей территорией с целью разведки, а в 1956—57 гг. на недоступной для средств ПВО высоте самолеты-разведчики У-2 совершали полеты через всю территорию СССР. Наши реактивные самолеты-перехватчики не могли воспрепятствовать таким полетам. Руководством страны принимаются адекватные меры.

27 мая 1954 года правительством Советского Союза принимается Постановление об обеспечении Войск ПВО страны новой боевой техникой. Создаются и поступают в войска новые истребители-перехватчики, способные вести борьбу с воздушным противником в различных метеорологических условиях днем и ночью. Совершенствуются зенитно-артиллерийские комплексы — артиллерийские орудия и прожекторные станции. Зарождаются и развиваются зенитные ракетные войска способные поражать воздушные цели на высоте до 30 км. С целью совершенствования радиолокационной разведки воздушного противника в войска поступают вновь созданные радилокационные станции и комплексы.

В декабре 1955 года директивой ГШ подразделения (роты) воздушного наблюдения, оповещения и связи (ВНОС) переименовываются в радиотехнические войска (РТВ) ПВО страны. В тот период времени ПВО была объектовой и строилась по схеме: ПВО города, ПВО важного объекта, ПВО района и т. д. Такая оборона носила очаговый характер, что при массированном и внезапном налете было явно недостаточно для защиты большинства административно-политических, экономических и военных объектов на территории страны. Все это побудило руководство страны и армии пересмотреть взгляды на систему ПВО страны, принять меры по повышению ее надежности. Нужно было создать новую, более эффективную, глубоко эшелонированную по высоте и дальности систему ПВО всей страны с надежным управлением.

1_cm.jpg27 мая 1954 года была учреждена должность главнокомандующего ПВО, что, несомненно, повысило авторитет и значимость войск ПВО. В том же году началась реорганизация структуры войск ПВО страны. С этой целью восстанавливались оперативные объединения (округа, армии) и оперативно-тактические соединения (корпуса, дивизии) ПВО. Для решения этих задач из других видов вооруженных сил, особенно ВМФ, была передана с личным составом истребительная авиация, из войск — зенитная артиллерия и зенитно-ракетные войска, радиотехнические части, войска связи и тыла и органы боевого управления с защищенными командными пунктами, а также другие средства обеспечения. На основе этих частей создавалась единая структурная организация — система ПВО страны с войсковым формированием. Главной задачей войск ПВО стало обеспечение сохранности важнейших политических и административных центров, промышленности, энергетических ресурсов, путей сообщения, населения, группировок Вооруженных Сил и важнейших объектов на всей территории страны, а также прикрытие мобилизационных мероприятий. Вся организация ПВО создавалась по единым штатам Вооруженных Сил СССР. Войска ПВО стало одним из видов Вооруженных Сил.

В 1957 году в войсках ПВО провели еще одну оргштатную реорганизацию, увеличили численность личного состава. Оргштаты в войсках были приведены к единой системе. Стали создаваться округа ПВО и отдельные армии ПВО в составе дивизий и корпусов. В штат каждого соединения и объединения вошли все рода войск составами частей, дивизий родов войск. Войска ПВО значительно окрепли. Теперь они находились под единым командованием и с едиными средствами управления. Это позволяло в короткий срок оценить обстановку и принять решение, поставить задачу и управлять действиями войск с единого КП. При этом командные пункты для боевого управления стали автоматизироваться с целью сокращения сроков приведения войск в боевую готовность.

По существу началась новая эра в развитии войск ПВО. Непосредственным образом эти преобразования сказались на моей дальнейшей судьбе. На службу в войска ПВО меня «сосватал» генерал- майор Яков Захарович Слепенков. В годы войны он командовал 21 uan ВВС Балтийского флота, лично водил в бой подчиненных, сбил 9 самолетов противника, заслужил звание Героя Советского Союза в 1943 году. Закончил войну на Балтике командиром 60-й иад, затем занимал должность начальника ПВО БФ. Последняя должность дала ему возможность хорошо узнать боевое применение зенитных средств. Я с ним был знаком с военных лет, мы неоднократно встречались на различных мероприятиях.

 

МОЙ КОМАНДАРМ

4_cm.jpgВ 1962 году из-за отсутствия перспектив, по моей личной просьбе, я был переведен на должность командира 11-й дивизии ПВО, штаб которой дислоцировался в городе Днепропетровске. Моим непосредственным командиром стал легендарный летчик, трижды Герой Советского Союза Александр Иванович Покрышкин. Впервые же я встретился с ним в 1949 году на XI съезде ВЛКСМ, где я был одним из представителей городов Дайрена и Порт-Артура. Но это было шапочное знакомство, хотя во время войны балтийские летчики взяли на вооружение некоторые из его приемов. Взять хотя бы ту же «этажерку». Александр Иванович в то время занимал должность командующего 8- й отдельной армии ПВО. Чудесный человек, требовательный командир. Он помогал и даже «навязывал» свой приобретенный опыт, как в жизни, так и на службе. Но при этом никогда не сковывал инициативу подчиненных, всегда старался поддержать решения командиров, которые были направлены на повышение и поддержание боевой готовности частей. Вся проводимая в то время работа под его командованием была направлена на совершенствование выучки личного состава.

Всемерно учитывались нужды людей и частей. Хозяйственные мероприятия, в первую очередь, были направлены на выполнение этой задачи. При нем хо зяйственным способом широко велось строительство необходимых объектов по укрытию боевой техники и командных пунктов. Впервые были построены укрытия для самолетов. Иногда прямо из этих укрытий самолеты могли взлететь. Офицеры, приходившие в то время в подразделения и части, быстро получали жилье и осваивались на новом месте. При нем же были, созданы профилактории для отдыха личного состава в частях и соединениях, а также база отдыха в Евпатории.

Основное же внимание Покрышкин уделял повышению боевой готовности частей. Это была весьма сложная, напряженная, ответственная, но и чрезвычайно интересная работа. Путем разных усовершенствований мы смогли сократить время вылета по тревоге в период дежурства в готовности № 2 почти вдвое: с 5 минут до 2—3 минут. В неформальной обстановке, вне службы Александр Иванович был прост и доступен. Не считал за одолжение, когда приходил на семейную встречу или в коллектив. О нем можно долго рассказывать. Вот лишь несколько эпизодов. Однажды, Александр Иванович позвонил мне:

— Я прибуду в Запорожье, аэродром Мокрое. Приезжай к моему прилету.

После встречи на аэродроме он сказал:

— Иван Иванович! Ты знаешь зачем я приехал? Хочу побывать на месте, где меня подбили в августе 1941 года и я сел там на вынужденную.

— Хорошо, назовите место.

— Я точно не помню, где-то там были Токмаки.

— А точнее, там есть Малый и Большой Токмак. Какой-либо ориентир назовите?

 — Там был железнодорожный переезд, домик путевого обходчика, где несла дежурство женщина.

Я сориентировался по карте и мы поехали. Подъезжаем к переезду.

— Это место? — спрашиваю.

— Откуда ты знаешь? — удивился он.

Я же командир, должен район знать.

Походил он возле переезда, повспоминал. Потом говорит:

— Тут мне женщина помогла обмыться, рану перевязала. Вот бы ее найти?

— Поедемте в школу и что-нибудь попытаемся выяснить, — предлагаю ему я.

Школа была двухсменная. Можно было представить себе удивление преподавателей, когда мы зашли в учительскую. Кто в нашей стране не знал Александра Ивановича! Директор тут же взял «в оборот» моего командира:

— Да мы сейчас всю школу соберем, выступите, пожалуйства. — по- просил он.

Пока Покрышкин беседовал со школьниками, я поговорил с учителями. Рассказал о цели приезда. Спросил у них, не знают ли они такой женщины, которая в 1941 году дежурила на переезде и помогла нашему летчику. Жива ли она? Преподаватели вспомнили, что есть такая.

В общем, когда встреча со школьниками закончилась, уже был известен адрес этой женщины, ее фамилия. Привезли мы Александра Ивановича к этой женщине. Анна Сильвестровна Одияко, так ее зовут, выходит навстречу.

— Вы не узнали меня? — спрашивает Покрышкин.

Она посмотрела:

— Узнаю.

— Помните, такой вот случай был, самолет здесь приземлился в 1941 году.

— Да, я летчику помогла вылезти из кабины. Потом искала коня, что- бы самолет можно было тащить.

— Помнил о вас всегда. — говорит с волнение Александр Иванович.

— Низкий поклон вам, Анна Сильвестровна, за ваше внимание, заботу.

Он нагнулся и поцеловал натруженные женские руки. Они обнялись.

— Батюшки, каким же соколом ты стал! Слышала про тебя, про удаль твою, много раз слышала. И не ведала, не знала, что ты тот самый.

Разговоры, слезы. Александр Иванович достал из машины небольшой подарок.

Пока они вели разговор, я послал человека в Орехово, попросил, что- бы районное партийное и хозяйственное руководство встретило нас. Дело близилось к вечеру.

— Раз уж вы заехали в мои владения, то может быть познакомитесь с местным руководством. — предлагаю Покрышкину.

— Поздно уже, возвращаться пора, — засомневался было командарм.

— Да мы быстро, 15—20 минут. Для меня это важно, Александр Иванович. — прошу я. — Для дела. Вы здесь гость редкий, а мне надо с ними работать. Узнают, что вы были да не зашли, обидятся на меня.

— Ну ладно, хорошо. — соглашается он. У здания исполкома районное руководство встречает нас на улице. — Откуда они знают, что мы приедем? — оборачивается в мою сторону Покрышкин. — Ну, Иван Иванович, конспиратор.

— По воздуху к нам голубь залетел и принес такое известие — шутят райкомовцы.

Познакомились они. Рассказали каким хозяйством занимаются. Предложили проехать по району, посмотреть на поля. Александр Иванович не отказывался. Повезли, рассказывают о «видах на урожай». Потом подвозят к лесочку:

— Здесь вот наше место отдыха.

А там уже и скатерть накрыта. Стоит и выпивка, и закуска. Покрышкин было отказываться, а местные товарищи уговаривают:

Как же так, что скажут нам люди! Такой человек приезжал к нам в гости, а мы его даже не угостили.

— Ну ладно, — соглашается он.

Уже стемнело. Включили свет на «уазике». Нам всем перед ужином предлагают выпить стакан сметаны.

— А это для чего? — спрашиваем.

— Для того, чтобы мы могли выпить и закусить хорошо. — говорят товарищи, а после приема профилактического средства, — Теперь просим за стол.

Вот в такой неформальной обстановке и раскрылся мой командир. Человек-душа, простой. Никакого гонора. Открылся он мне с такой стороны, что я полюбил его навсегда. Конечно, местным товарищам было лестно потом вспоминать, что вот они выпивали с самим Покрышкиным. Я же думал о том, что таких встреч у Александра Ивановича немало было в жизни. В подобных ситуациях он редко отказывал, но при этом умел держать себя в руках, знал меру. Посидеть долго нам не удалось. Где-то около 10 часов вечера закружил над нами самолет.

— Наверное это нас ищут, Александр Иванович! Давайте поедем — сказал я. Мы стали прощаться с хлебосольными руководителями района.

продолжение следует…

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

« Пред.   След. »